ПАЛЕЦ 

   --Эта стерва чуть не откусила мне палец!—воскликнул Родерих—да что о себе возомнила дочь Юлиана, если воротит нос от владыки Испании!? 

     --Напрасно вы ее обесчестили сир—устало ответил Теодорих(владетель восточного побережья Иберии)—у ее отца могучий флот, способный перевезти полчища неверных из Африки к нам.

     --Юлиан воюет с маврами—махнул рукой Родерих—ему не до мести за попранную честь дочери, неровен час, Муса сотрет с лица земли его город. 

     Трудно представить боль уязвленного честолюбия графа, над чьей дочерью надругались...сложно вообразить себе весь ужас, заполнивший сердце Юлиана, когда он услышал о печальной участи его любимой Кавы....но можно почувствовать, даже читая эти строки, как гнев, разъедающий душу и разум, пестует в уме несчастного отца планы о мести... Лишь крайне беспечный и недальновидный властитель не обратит на это внимания. 

      Наместник Сеуты—последнего христианского оплота на севере Африки, граф Юлиан, заключает перемирие с Мусой, и обязуется переправить его войско на своих кораблях через Гибралтарский пролив.

     В 711-м году, мавры высаживаются на Гибралтарской скале, и за последующие три года покоряют почти всю Испанию. 

       В битве при Гуадалете, где столкнулось объедененное воинство вестготов с захватчиками, пал король Родерих.В одну из последних минут жизни, он взглянул на шрам на пальце, оставленный зубами Кавы, и произнес: 

   --Сей перст, направил врага на Испанию, он мне более не надобен.Король прижал палец к луке седла, и отсек его ударом кинжала. 

     Рыбы, беспечно и недальновидно общипывающие отрезаный перст , покоящийся на дне Гуадалете, не могли знать, что пожирают причину начавшегося в Иберии восьмисотлетнего мавританского ига... 

 Андрей Малажский.

Читать дальше

КАРТОФЕЛЬНИКИ 

     В конце пятнадцатого века, в Испании начались гонения на евреев. Но не на всех, как многие полагают, а на недобросовестно крещенных марранов, то есть тех, которые крестились, но в глубине души так и остались иудеями, тайно следующими ритуалам предков, и соблюдающими законы Моисея. Инквизиция была озадачена дилеммой: а как вычислить этих злокозненных еретиков?  

   Как-то раз, шпион инквизиции зашел в трактир в Антекере. Заказал вина и немного сыра. Через минуту, в харчевню зашло семейство марранов. Они сели за соседний столик, и заказали несколько порций тушеной говядины. Шпион подозвал к себе мальчика на побегушках, незаметно для других показал ему печать святой инквизиции, и шепнул :

  --Юнец, принесика этим марранам, что сидят за моею спиной, якобы по ошибке, заместо говядины, свинину. 

    Мальчишка кивнул, и убежал на кухню. Четверть часа спустя, на стол еврейскому семейству была подана свинина, на что марраны спорить не стали, и с превеликим удовольствием умяли еду. 

      Шпион заглянул на кухню, и поинтересовался у повара:

 --Покажи мне твою тушеную свинину, и говядину... 

     Предъявленные блюда внешне ничем друг от друга не отличались: кусочки мяса были небольшими, и непонятно, от какого куска отрезаны...а более темный оттенок говядины скрыт маринадом на основе куркумы, а свинина была приготовлена точно так же.«Ясненько, старый трюк со свининой более не пройдет, видимо, марраны подкупили повара.....придется изобрести новую уловку»--подумал шпион.

    На следующее утро шпион забрел в мясную лавку, и договорился с мясником так:

 --Перегороди ка голубчик прихожку деревянной ширмой. По одну сторону от перегородки будут входить покупатели, а по другую сторону посижу я, посмотрю, кто что берет. 

    На том и порешили. 

     И вот, сидит шпион за ширмой, и видит: к прилавку подходят марраны, и заказывают чорисо(сыровяленая колбаса, которая всегда делается только из свинины). Следующая дюжина марранов делала то же самое. Расстроился шпион, и попросил начальство перевести его в пыточный отдел.

     Прошли века, по воле Наполеона инквизиция была ликвидированна на практике, а к середине 19-го века и на бумаге. И только тогда открылась тайна: подкупленные марранами мясники, изготавливали внешне обычную свинную колбасу, с тем же ценником и наименованием, но внутри нее, была лишь картошка.

    Так, марраны, обвели вокруг пальца инквизицию, но и по сей день, в некоторых мясных лавках исторических кварталов городов Андалусии, можно увидеть Чорисо из картошки—не то чтобы вкусно, но в память о хитрости, которая многим спасла жизнь. 

     С середины 19-го века, когда открылась эта тайна, андалуских евреев, в простонародье, иногда стали звать—чорисеро-пататеро, то есть колбасники-картофельники.

 Андрей Малажский.  

Читать дальше

ВЕЛОСИПЕД 

    На испано-английской границе, что между городами Ла Линия и Гибралтар, стоит памятник: коренастый мужичок, лет пятидесяти, неспешно идет в сторону пропускного пункта таможни, и ведет подле себя старый раздолбанный драндулет—велосипед. 

    К багажнику велека приделан деревянный ящик. Он пуст.Под памятником, на постаменте, надпись на табличке:

   «монумент, посвященный испанскому рабочему, труждающемуся в Гибралтаре»

    Ах, если бы табличка вещала правду! Но истина, слишком щекотлива, чтобы выставлять ее напоказ. Она такова: 

     В пятидесятые годы прошлого века в Гибралтар ежедневно хаживал испанец по имени Анитонио, и неизменно вел подле себя старый велек. Когда он проходил на английскую территорию, деревянный ящик был пуст, но когда, вечером, Антонио возвращался с работы домой, ящик был заполнен обыкновенными булыжниками.

    Британские таможенники недоумевали:

 --Ты зачем камни везешь? 

--Ну как же?—отвечал Антонио—я-испанец, и я не согласен с тем, что Гибралтар принадлежит Англии, вот и труждаюсь по мере сил-вывожу скалу на родину...

     Досмотрщики в ответ крутили пальцем у виска, но пропускали рабочего... 

    Шли годы, время от времени, работники английского пропускного пункта интересовались у Антонио: 

--Ну как? Большую ли часть скалы вывез? 

   На что тот, без тени смущения отвечал: 

  --Процесс идет по плану... 

    И только через пятнадцать лет раскрылось, что все таки происходило на самом деле: 

    В те далекие времена, в Испании, в дефиците были очень многие товары, в том числе и велосипеды.Сформировалась могущественная мафия, члены которой искали по всему Иберийскому полуострову отжившие свой век велеки.Антонио, каждый день провозил их через таможню, на британский анклав,....выбрасывал в воды бухты Альхесирас а, покупал новый велосипед такой же, или схожей со старым модели, перекрашивал его под утренний драндулет, и, под видом вывоза булыжников провозил через таможню новехонький агрегат... 

    Так что, если бы власти Испании не боялись оглашать нелицеприятную правду, то на табличке под памятником Антонио, красовалась бы надпись:

    «монумент испанскому контрабандисту, работающему в Гибралтаре».


 Андрей Малажский.

Читать дальше

РУССКИЙ САЛАТ 

   «Нельзя войти в одну и ту же реку дважды, все течет, все меняется».

     Но некоторые люди, и даже вещи, остаются неизменными, даже если все силы мира противятся этому постоянству. 

 1838-ой год. 

    Она была ослепительно красива, а если кто-то захочет описать ее одним словом, то, пожалуй, это будет слово страсть. Быть может потому она любила красные платья.Ее муж, известный парижский шеф-повар души в ней не чаял, и считал ее своей музой. 

   Музе тоже нужен источник страсти и вдохновения, и Она настояла на переезде в Россию. Он согласился. 

   Однажды, Он создал новый салат, и посвятил его рецепт ей. Она взглянула на него, и спросила: 

   --Почему такой белый?

   --Я назвал его «зимний»--ответил Он—нынче очень снежная зима.

   --Но если ты посвятил этот салат мне, может добавишь в «провансаль» немного свекольного сока, или томатной пасты-пускай он будет красным для меня—и Она кокетливо улыбнулась. Он согласился. 

     Но через месяц Она умерла от чахотки, оставив на Его руках новорожденного Люсьена. Умирающая жена, лежащая на кровати в сплошь испачканной кровью ночной рубашке, еще долго мерещилась Ему, и он передумал делать соус красным,...уж слишком бы он напоминал повару о предсмертных страданиях любимой.

     Прошло много лет, и престарелый шеф решил передать свои самые сокровенные рецепты сыну. В числе прочих блюд, имелся и «зимний салат».--Ты можешь добавить свой ингредиент в него, пускай каждое новое поколение поваров нашей семьи привносит в его рецепт что-то от себя. 

  --Я хочу сделать его соус красным Па—ответил Люсьен. 

   Отец отговорил сына от этой затеи, памятуя о матери. 


 1863-ий год. 

   Знаменитый русский шеф-повар французского происхождения – Люсьен Оливье, открывает в Москве ресторан «Эрмитаж», и особенным успехом у завсегдатаев заведения пользовался «зимний салат». Люсьен, почти каждый год привносил что-то новое в него, поэтому, посетители «Эрмитажа» разных лет, по разному помнят и салат.

    Шли годы, гремели войны, там и сям случались революции, почти повсюду было неспокойно. Шеф, настороженно относился ко всем переменам в мире, и чем тревожнее становилась ситуация, тем больше краснел «зимний салат». Когда случилось убийство Александра Второго, салат совсем побагровел.

    В 1883-м году Люсьен умер, так никому и не открыв рецепт «зимнего салата», но блюдо не исчезло: многочисленные подражатели, на разные лады восстанавливали по наитию салат, и его стали называть в честь создателя—Оливье. 


 1919-ый год.

    Зиновьев, за обеденным столом, спрашивает у Троцкого: 

  --Лев Давидович, припоминаете ли, был в ресторанах Москвы до революции преприятнейший на вкус салатик, назывался «Оливье»? Может им и удивим послов за завтрашним ужином?

 --Так ведь Григорий Евсеевич, в нем и икра паюсная была, и раки, и рябчики вроде, и зеленые оливочки,... где же нынче сыскать сию радость чревоугодника?—отвечал Троцкий.

 --Ничего, рябчиков заменим краковской колбасой, оливочки-бочковыми огурчиками,...замешаем на майонезе...и, так сказать, загоним былое сибаритство в строгие пролетарские рамки... 

--Почему на майонезе?—спросил Троцкий –заправка к салату, вроде, какая-то красная, или розовая была..?.

 --А это смотря где харчеваться изволили, в разных трактирах на всякий лад соусы пользовали....хотите красный сделаем, что как бы ..кхм.. «символизирует» распространение большевистких идей по всем фронтам, даже гастрономическим....послы откушают, пальчики оближут, икнуть не успеют, как осознают, что «красные» , уже овладели их желудками... 

    Троцкий задумался на несколько секунд, а после сказал:

 --Нет Гриша, чтобы и салат красный-это уже перебор, лишний повод принимать нас за фанатиков,....пускай повар заправит «Оливье» провансалем. 

На том и порешили.


 1936-ой год. 

     Советский летчик осторожно пробирался между баррикад по улицам Мадрида. Гражданская война, сильно омрачила облик этого прекрасного города. Перебежав последнюю улицу под свист пуль над головой, летчик нырнул в подвал. Из сумрачной глубины помещения на него смотрела дюжина пар испуганных, и голодных глаз.

 --Не боииись! Свои! Вот камарадас, принес, что обещал, угощайтесь—сказал летчик, вынимая из под плащ-палатки небольшой медный тазик с салатом «оливье».—ух! Я и не заметил! Эти черти франкисткие всеж задели меня! 

   Камарадас увидели, как поверх заправки из майонеза расплывалась алая лужица крови, но, голод -не тетка.....размешали салат, и срубали за милую душу, да так, что за ушами хрустело... 

    Гражданская война окончилась, за нею и вторая мировая подошла к концу, а «оливье», постепенно стал самой популярной закуской в испанских барах, но под названием «русский салат».Каждое заведение, делает «русский салат» по своему, но чаще всего в нем можно обнаружить тунца, вместо докторской колбаски,.... картофеля и майонеза поболее, нежели у нас, и зеленые оливочки, заместо соленых огурцов. 

    Годы бегут, а популярность нашего салата в Испании не падает, но в последнее время, все больше домохозяек и поваров, отважились добавлять в «русский салат» розовый соус заместо майонеза, и крабовые палочки, вместо тунца.....и салат вновь стал краснеть...................


 Андрей Малажский.      

Читать дальше

ПЕРВОПРОХОДЦЫ 

    Людская молва продливает жизнь великих героев на века. Например, царь Спарты- Леонид, герой Фермопил, считал себя потомком Геракла в двадцатом колене, что позволяет нам предположить, что Геракл жил приблизительно три тысячи лет тому назад.Но царь Агамемнон-разрушитель Трои, жил три тысячи двести лет назад, и для него легенды о силаче-полубоге уже были преданиями седой старины.Подобных примеров множество, схожая участь постигла и тех, о ком я сейчас поведу сказ. 

   1238 год до нашей эры. 

    Пятьюстами лигами северозападнее побережья Египта, одинокая финикийская триера дрейфовала в открытом море, унесенная штормом далеко от берегов, и привычных торговых путей. Матросы приводили судно в порядок после бури.

 --Вижу данайский парус по правому борту!—прокричал с мачты вперед смотрящий.

    Капитан «Астарты» всмотрелся в указанную сторону. К нему подошел боцман:

 --Торгуем, грабим, удираем?—спросил он.

 --Ждем—ответил капитан. 

    Корабли сблизились. Данайцы выбросили белый флаг, и челноки были спущены на воду, чтобы капитаны смогли встретиться, и поговорить на безопасном расстоянии от обоих судов.

   --Не стоит брать нас на абордаж—заявил данаец, после короткого приветствия. Он был так юн, что капитан «Астарты» усомнился, что имеет дело с главным.

 --Наш корабль больше, и таран крепче—заметил финикиец. 

  --У вас гребцы-рабы, а у нас воины...наш корабль перегружен, но не товарами, а людьми, нас больше—парировал данаец—предлагаю избежать ненужного кровопролития, и заняться делом, которое, я полагаю, будет интересным нам обоим...

 --Слушаю внимательно.

    Юный данаец кашлянул, и продолжил:

 --Вообщето мы не данайцы, но плаваем под их флагом, ибо нынче так безопаснее. Мы -уцелевшие жители павшей Трои, а меня зовут Эней. 

 --Троя пала четыре месяца назад, где же вы болтались все это время?—спросил финикиец.

 --И четырех лет может не хватить, чтобы найти новый дом. Из разрушенной Трои мы поплыли к острову Гавдес. Еще покойный Гектор говорил мне, что в одной из стычек с данайцами, полностью перебил отряд, прибывший из Гавдеса. Вот я и рассудил, что направившись туда, с легкостью смогу захватить этот небольшой остров, на котором остались лишь старики, женщины и дети. Так мы и сделали. Овладев островом, мы закрепили на нашей триере данайский парус, принимали все одинокие корабли, заходящие в гавань Гавдеса, но не выпускали никого, дабы сохранить втайне наше пребывание там. Я знал, что мы там осели не навсегда, ведь однажды приплывет сразу несколько судов, и нам уже с ними будет не справиться. Но, волею богов, на Гавдесе мы получили передышку на несколько месяцев, залечили раны, отдохнули душой, привели в порядок нашу триеру, и получили интересные сведения от приходящих судов. 

    Финикиец подавил зевок, и с интересом уставился на собеседника. 

   Эней продолжал: 

--Сведения такие: Агамемнон, прибыв к берегам Эллады, застал ее в огне. Оказалось, в его отсутствие, многочисленные племена с севера вторглись в Грецию, захватили все малые и средние города, а с большими, такими как Микены, Тиринф, Спарта, договорились об объединении. Армия Агамемнона, обескровленная войной с Троей, не смогла бы воспрепятствовать этому союзу. Об этом ты возможно еще слышал.Финикийский капитан утвердительно кивнул. -- Владыки севера заинтересовались кораблями Агамемнона, и сокровищами, что хранит за морем Египет, а также царством хеттов. Буря занесла вашу «Астарту» далеко на запад, и вы, должно быть не знаете, что прямо сейчас все восточные воды окрасились в багровый цвет. В морских сражениях учавствую сотни и сотни кораблей. Фараон проигрывает одну битву за другой, но Египет пока силен, и еще очень долго весь восток будет охвачен войной. «Астарта» ведь из Тира?—вдруг спросил Эней. 

    Финикиец, помедлив, вновь кивнул.

 --Вам не пройти домой, не миновав стычек с «народами моря»--как окрестили союз данайцев и северян египтяне. Побоища в восточных водах будут продолжаться месяцами...а то и годами—слишком могучие силы столкнулись, и я не знаю, какую позицию займет ваш Тир, что означает, что вам нужно опасаться обеих сторон...

 --Ты, кажется, хотел мне что-то предложить?—прервал Энея капитан «Астарты». 

--Да—ответил юноша—думаю, что нам обоим путь на восток и на север закрыт....воды, в которых мы сейчас находимся тоже небезопасны. Предлагаю вместе податься на восток, пока не покинем моря, где еще можем встретить вражеские флотилии...

 --В «дикие моря»?

 --Именно, ...там троянцы будут искать новый дом, а вы, быть может, сумеете найти с кем поторговать...—закончил Эней. 

    Финикиец, возвращающийся после переговоров на свой корабль ликовал. Он всю жизнь мечтал отправиться в странствия на запад, ему нужен был лишь подходящий повод, и предлог. 

    Поднявшись на палубу «Астарты», капитан приказал трубить общий сбор. Собравшимся матросам он сказал так:

    «...Братья! Мы только что оправились от последствий шторма, но до нас дошли вести о новых испытаниях.....Египет, куда мы направлялись с грузом цветного стекла, полыхает в огне пожарищ, путь туда закрыт. Родной Тир, да хранит его Мелькарт, нам недоступен, ибо все восточные моря сейчас единое поле боя... Торговать в освоенных землях сейчас не с кем, все воюют, но мы можем сделать то, что до нас не отваживался сделать ни один финикиец—мы поплывем на запад, так далеко, как только сможем...к диким берегам..где живут люди, с медным и каменным оружием , одетые в звериные шкуры. Мы явимся к ним в сияющих бронзовых доспехах с железными мечами...мы снизойдем до них с корабля, как боги, однажды спустившиеся к нам с небес. Мы станем для них новымии богами... Наше цветное стекло дикари никогда не видели, они охотно выменяют наши безделушки на истинные сокровища, как если бы то были не стекляшки, а истые рубины и изумруды. Нас запомнят, как небесных исполинов, впервые явившихся к людям....................Мы дадим себе новые имена, такие же, как у наших богов, чтобы дикари вечно хранили придания о том, как великие финикийские боги снизошли до них, и подарили им письменность , вино и оливковое масло, и забрали у них лишь сущую безделицу....то, что им никогда не было нужно—золото, серебро, медь и железо..................а теперь запомните ваши новые имена...ты будешь Бел,...ты-Дагон, ты-Хаммон................»

 --Назовем капитана Мелькартом!—выкрикнул боцман, ставший Белом—в честь покровителя родного Тира, и многие открытия на нашем пути посвятим ему... 

    Матросы одобрительно загомонили.«Астарта», и троянский корабль отправились на восток......

  --Когда окажемся в «диких морях», что будем делать с троянцами?—спросил Мелькарта Бел—поторгуем, ограбим, или удерем? 

--Подождем—ответил Мелькарт. 


 ПЭ.ЭС. : ... на пути у «Астарты» было много приключений....корабль, управляемый «богами», откроет Гибралтарский пролив, и его команда поставит по берегам пролива «Мелькартовы столпы», которые греки станут называть Геркулесовыми; эти люди заложат древнейший город на западе, который ныне известен как Кадис......

.....юноша Эней, со своими спутниками, будет еще много лет скитаться по морям, и однажды пристанет к полуострову, где троянцы смешаются с племенем латинов, и потомки этих людей, спустя века, заложат Вечный город—Рим.

 ...римский поэт Вергилий, напишет поэму о скитаниях Энея, согласно которой, юноша чуть не женится на Дидоне-первой царице Карфагена(уроженке Тира), хотя она и жила четырьмя веками позже описанных мною событий............чтож...век героев долог в человеческой памяти...


 Андрей Малажский.  

Читать дальше

МАРГАРИТА 

      В 1926-м году в замке Кастельяр де ла Фронтера пропала девушка, по имени Маргарита. 

    Спешу заметить, что замок к тому времени был оставлен аристократами, и превратился в простую деревню на семьдесят дворов, обнесенную мощной крепостной стеной. 

    Народ стал судачить: а не прибил ли насмерть Маргариту муж, который частенько ее поколачивал?

     Муж исчезнувшей девушки—Антонио, связан родственными узами с герцогами Сааведра, и сориться с таким влиятельным человеком было бы очень опрометчиво, а посему, никто из жителей замка не посмел высказать свои подозрения по поводу исчезновения Маргариты ему в лицо.

      Дабы пресечь распространение неприятных слухов, Антонио использовал всю свою власть и полезные знакомства, чтобы поиски Маргариты были масштабными, и, самое важное—показательными. Но все тщетно. Лейтенант полиции Исидоро Вальдес, выдержав некоторую паузу, прелюдно объявил деревенскому люду, что Маргарита жива, просто сбежала от Антонио к дальним родственникам в Альхесирас. 

      Но народ не унимался, ибо версия полиции не вызывала у них доверия. И вот, в один прекрасный день, в Альхесирас едет Падре Хуан—честь и совесть замка Кастельяр, ...едет, с целью найти родственников Маргариты, и выяснить, у них ли она нынче проживает?Ослик Падре Хуана неспешно трусил по дороге, и уже выбрался на перепутье у Сан Роке, когда дорогу ему преградил сидящий на лошади лейтенант Исидоро Вальдес:

   --Буэнос диас падре! Куда путь держите в столь непогожий денек, уж не в Ла Линью ли? 

   --Нет, сын мой—ответил отец Хуан—направляюсь я в Альхесирас, навестить родственников Маргариты...

   --Хм, странно—хмыкнул лейтенант—а у меня другая информация.

    --Какая же?

    -- Вы падре, спешно покинули паству в Кастельяре, дабы успеть в Ла Линью до наступления сумерек, с целью принять исповедь томящегося в тамошней тюрьме контрабандиста Маноло Длинноногого—вашего старого приятеля...

    --Я не знаю никакого длинноногого—удивленно сказал падре—и еду я в Альхесирас, так что вас ошибочно проинформировали на мой счет... 

    --Мои информаторы не ошибаются—настаивал лейтенант, и его лицо, вдруг, стало каменным—они прекрасно знают, что в Альхесирасе у вас нет никаких дел, а вот если вас не дождется в тюрьме Ла Линьи хворый Маноло Длинноногий, то он обещал предать огласке ваши с ним былые делишки на Гибралтарской таможне... 

     Падре вытаращил на полицейского глаза, и онемел. 

   --Но я считаю—продолжил лейтенант—что было, то было, быльем поросло, не стоит ворошить грехи молодости, если на кону репутация и свобода столь почтенного и полезного члена общества как вы падре,...пастве Кастельяра без вас никак...Так что настоятельно рекомендую вам съездить в Ла Линью, принять исповедь Длинноногого,...ну а после возвращайтесь в замок....а за родственников Маргариты не переживайте, я их навещу, и Маргарите от вас привет передам... 

     Больше попыток, наведаться к родственникам Маргариты, падре Хуан не предпринимал, а пастве сообщил, мол Маргарита жива и здорова, как и сообщала ранее полиция. 

     Ложь, тяжким грузом легла на сердце отца Хуана, и он начинал чувствовать, что паства уже не доверяет ему так, как ранее. Но страх сковал падре, и он никому не признался в том, как на самом деле прошло путешествие в Альхесирас. 

     Прошло десять лет, настали неспокойные времена, назревала гражданская война. Из замка Кастельяр пропало трое мужчин, тела которых были обнаружены несколько позже в реке Гуадаранке...И поползли сплетни по деревне, что это призрак покойной Маргариты вершит месть-- топит в реке мужей, которые колотят своих жен. 

     Как-то раз, в разгар популярности сплетен о призраке Маргариты, падре Хуан завершал службу, и ощущая на себе взгляды жителей деревни, вдруг явственно понял, что больше не может выносить груз лжи в душе. Он закончил свою проповедь так:

 --Странные вещи нынче происходят в нашем замке, пропадают люди, потом их находят мертвыми. Я не знаю, что происходит, призрак ли вершит месть, или случились банальные убийства, но в одном я не сомневаюсь: если вы грешны настолько, что со страхом ожидаете, что подобная участь постигнет и вас....успокойтесь, ничего не бойтесь...Бог милостив...просто чистосердечно покайтесь, и продолжайте жить...ведь мы не можем изменить прошлое, но зато мы можем благотворно влиять на будущее... Грядет день Иоанна Крестителя, и я предлагаю всем вам, явиться в этот светлый праздник на реку Гуадаранку...туда, где стоит мельница Хулио Лары. Там, мы окунемся в воды Гуадаранки, причастимся, и помянем тот светлый миг, когда Ангел Пустыни крестил в водах Иордана Иисуса Христа...


     Наступил день Иоанна Крестителя. К мельнице Хулио Лары(к слову сказать, трупы были найдены как раз в тех местах)пришли все жители замка Кастельяр. Кто по своей воле, кого жены заставили, или же осуждающие взгляды соседей. Падре Хуан встречал паству, находясь по пояс в реке. 

   Он крестил двух младенцев в водах Гуадаранки, и пригласил всех пришедших трижды окунуться в реку, в память о крещении Христа.И тогда, вся деревня увидела, что пятеро мужчин, придумывая нелепые отговорки, наотрез отказываются входить в реку: у кого-то из них внезапно насморк приключился, кто-то плавать не умеет, и так далее... Один старик так и рявкнул во всеуслышание: 

  --Да они своих жен колотят, а в реке боятся с призраком Маргариты столкнуться, вот и трусят в воду окунаться! 

   Мужики, после этих слов, покраснели, аки перезрелые помидоры, и нехотя, все же вошли в воду. Но чувство стыда, после такого своеобразного саморазоблачения, их преследовало еще очень долго и принудило умерить «боевой» пыл, иначе как можно еще объяснить, что жены их, после того случая, как-то помолодели, повеселели, и просто чаще стали светиться от счастья?

    Видя, что таким образом удалось помочь нескольким семьям наладить взаимоотношения, у падре Хуана полегчало на душе. Он также заметил, как в его церковь нередко наведывается полковник Исидоро Вальдес, и ставит свечку за упокой души Маргариты.

    Когда, много лет спустя, падре Хуан умер, на нагробии написали любимую фразу проповедника, которой он частенько завершал речь: «мы не можем изменить прошлое, но зато мы можем благотворно влиять на будущее...» 


 Андрей Малажский.

Читать дальше

ПОСЛЕДНЯЯ СТРЕЛА 

 1498 год.

 Замок Кастельяр де ла Фронтера.

    Раннее утро, подворье герцога Альваро Медина Сидония огласилось петушиным криком...

 --Заткнись! На суп отправлю!—раздался недовольный возглас из спальни герцога.

   Петух заткнулся.....точнее поперхнулся от изумления, когда его, самым беспардонным образом перекричал Абрам.Старый еврей-торговец вбежал во двор со стрелою в заду, и стал нарезать круги вокруг колодца, неистово вереща не то причитания, не то заклинания на адской смеси ладино с кастильским...

    Сонный герцог выглянул в окно: 

--И тебя на суп отправлю,...и псам скормлю! Чего шумишь сучий потрох, спать не даешь? 

    Абрам обежал колодец еще пару раз, постепенно затихая , и снижая скорость до полной остановки: 

--Так чуть не убили господин!—торговец указал на кровоточащий зад, и стрелу, торчащую из него.. 

--Чуть...не считается—резонно заметил герцог—кто посмел?

    Абрам, чуть отдышавшись, продолжил: 

--Лучники ваши шуткуют господин...забавы у них такие, скучно им в дозоре, прикажите выпороть!...

 --Лааадно!—ответил Альваро, прикрывая рукой то ли зевок, то ли смешок... 

--И двадцать три серебренника за понесенные убытки прикажите казначею выплатить!

    Герцог от неожиданности, чуть пятерню в открытом рту не утопил:

 --Какие убытки еврей? 

    Абрам, охая, оперся правой рукой на колодец, и начал загибать пальцы на левой: 

 -- Расходы на операцию по извлечению стрелы; расходы на припарки и снадобья в период лечения, правда здесь смогу сделать хорошую скидку, ибо зять у меня знахарь; и дополнительные логистические расходы...

 --А последнее, что за невидаль?—возмутился Альваро.

 --По моим подсчетам господин—отвечал Абрам—по причине тяжкого ранения, я останусь хромым на ближайшие три месяца, в связи с этим, скорость доставки товаров по назначению уменьшится в два раза, следовательно, в день я смогу сделать в два раза меньше доставок,....помножьте сей печальный факт на девяносто дней....

 --А оплеух тебе не помножить на девяносто за наглость?—вспылил герцог—значит так Абрам...сдавай товар, что привез, а сверху обычной цены получишь один серебрянник за стрелу в заднице,...а своих оболтусов я прикажу выпороть... 

   На том и порешили. Герцог посмеялся волю на сим проишествием, а лучников, по причине пребывания в добром расположении духа наказывать не стал. 


 Следующее утро.

   Крик петуха вновь заглушил вопль Абрама. 

--Ну что теперь?—высунулся заспанный Альваро из окна. 

--Испортили господин! Ваши черти-лучники, пока я ехал вдоль стены, истыкали стрелами короб со скатертями к вашей свадьбе, чтоб им дьяволам кошки носы поотгрызали!

 --Мда, шутка затянулась—промямлил себе под нос Альваро, и громко выкрикнул из окна—ладно Абрам, не шуми, приму я твой товар, лучников выпорю, и заставлю за испорченные скатерти расплачиваться.... 


 Третье утро. 

    Выспавшийся, довольный герцог Альваро ходит по двору, раздает распоряжения слугам. Идут приготовления к свадьбе. Кухарка прибежала с кастрюлей, поднесла герцогу половник с похлебкой из петуха:

 --Хо! Да ты братец на вкус намного лучше, чем на слух—всхохотнул герцог возвращая половник стряпухе...

    Во двор въезжает повозка, запряженная осликом, управляемая Абрамом. 

--Привез вино к свадьбе?—поинтересовался у торговца Альваро. 

--Конечно господин—спокойно отвечает Абрам, вынимая дырявый винный бурдюк из повозки—еще пара чарок осталась, и вот, стрела ваших оболтусов торчит... 

--Надоело еврей—вспылил герцог—я тебя за вином посылал, что ты перед моим носом дырявым бурдюком машешь? Твои проблемы! Привези вино, за него и платить стану, но никак не за эту рванину...

 --Как прикажете господин—поклонился Абрам—все верно ...нет товара-нет денег...есть товар—есть деньги, но я всегда получаю вознаграждение за привезенный товар.

.--То есть?—обомлел от дерзости торговца Альваро—ты же вино не привез!

 --За то привез стрелу господин—невозмутимо произнес Абрам—купите стрелу господин, недорого, всего лишь по цене бурдюка с вином... 

--Проваливай отсюда пока цел наглец!—рассвирепел герцог—ты всегда получаешь деньги за товар, а я всегда держу слово, еще хоть раз попадешься на мои глаза до свадьбы, лично голову снесу! Понял?

 --Да господин—ответил Абрам, и понуро вышел вон со двора...


 День свадьбы.

    К свадебным гуляниям герцог приготовил сюрприз: его слуги соорудили из соломы и пакли огромное чучело бывшего султана Гранады Боабдиля. Планировалось затеять стрельбы из луков по горящей кукле.

   Так, герцог хотел провести церемонию «прощания с луками», ибо, согласно начатой в те годы графом Гонсало де Кордова военной реформе, всех лучников королевства, в краткие сроки надлежало снабдить аркебузами, и избавить навсегда от пережитка средних веков—лука и стрел. 

   Последние запасы стрел в замке должны были сгореть вместе с чучелом—так задумывались проводы целой эпохи—реконкисты.Задумано—сделано.Свадебная церемония прошла блистательно, пиршество-- опьянительно, а стрельбы-- внушительно: лучники, покряхтывая от болей в спинах, после недавней порки, выпустили все свои стрелы в горящего соломенного султана...у некоторых из них можно было увидеть на глазах слезы....они прощались со своим ремеслом навсегда. 

   Когда стрелки исчерпали весь запас стрел, из порядком захмелевшей толпы гостей свадьбы раздался возглас: 

--А теперь хорошо бы, чтобы и новобрачный выстрелил напоследок! 

   Альваро одобрительно кивнул в ответ. Он вышел на позицию для стрельбы, и расставил руки в стороны. Расторопные слуги, почти мгновенно вложили ему в левую руку лук......а правая рука, ждущая стрелы, осталась пуста.Герцог удивленно воззрился на слуг...

 --Так нет стрел больше господин, все расстреляли—робко ответил кто-то из них. 

   Повисла неловкая пауза, и через пару мгновений тишину нарушил чей-то нарочитый кашель. 

    Альваро обернулся: в дальнем углу площади, на бочонке сидел старый торговец, и ковырял стрелою в носу...

 --Абрам, подай стрелу!—скомандовал герцог. 

--С превеликой готовностью господин—поспешно заверил старик, и соскочил с бочонка—но стрелы нынче редкость, эту я отдам по цене винного бурдюка...




 Андрей Малажский.


Читать дальше

ТИС 

 1330 год 

   Шотландский лерд, сэр Джеймс Дуглас, решил претворить в жизнь посмертно мечту короля Шотландии Роберта Брюса совершить паломничес тво в Иерусалим.Дуглас вырвал сердце у мертвого Брюса, положил его в шкатулку, собрал сорок верных рыцарей, и отправился к святым местам. А путь проходил через южную Испанию.

   Там, по приглашению кастильского короля Альфонсо Справедливого, его отряд принял участие в битве при Тебас, против войск султана Гранады.Все шотландцы пали в сражении, за исключением одного—Барта Макгрегора.

    Дуглас, лишь в последние мгновения перед смертью заподозрил, что Барт, не шотландец вовсе, но английский шпион, и потому проигнорировал приказ идти в атаку...сложились пазлы в единую картинку: недомолвки, внезапные исчезновения, и так далее, но сделать с этим лерд уже ничего не мог, ибо смотрел верной смерти в глаза...

    У Барта было особое поручение от английского короля: найти на чужбине подходящее оружие для успешной борьбы против шотландских копейщиков.Скитаясь по Испании после битвы, Макгрегор обратил внимание, что кастильцы, зачастую строили госпитали из древесины Тиса ягодного (или испанского Тиса), и в таких местах раненые быстрее шли на поправку.

    Шпион сей факт взял на заметку, но решил этим не ограничиваться: он заинтересовался особой гибкостью тисовых веток, и вернувшись в Англию, предложил королю новое оружие—небывалой дотоле длины лук из тиса.

   Впоследствии, англичане научились делать луки долговечнее: они вымачивали тисовые палки в специальном растворе шесть-семь лет, затем сушили их, надевали роговые навершия, и так, на свет появилось самое убойное оружие четырнадцатого века, благодаря которому воины Туманного Альбиона одержали три победы подряд в первых больших сражениях Столетней войны(Битвы при Пуатье, Криси, Азенкуре).

    Дело, разумеется, не только в уникальных свойствах английского лука из испанского тиса....была, также, реанимированна древняя тактика: стрелять нужно не метясь,...ведь, если на Вас двигается громадная толпа, в кого-нибудь да попадете....тут важнее скорострельность...Еще в средние века тис был вырублен почти полностью...


      В 1810-м году, армия Наполеона захватила Севилью. Город, в те времена, был изветен французам как основной очаг партизанского сопротивления...Тем удивительней, что жители приняли захватчиков радушно...улыбались им...и предлагали шашлычки на тисовых палочках. После такой славной трапезы многие солдаты сошли в могилу. Тис чрезвычайно ядовит. 

    Из ягод этого растения, арабы Гранады пытались создать лекарство от рака. 


      Андрей Малажский. 


Читать дальше

ГЕРАКЛ  Часть 4 (знакомство с Тингиз) 

 Не ветки в щепки разлетались,

 Но бревна вековых дубов,

 Когда с размаху сокрушались

 О твердь Геракловых боков


 Не сухари в муку мололись,

 Но плоть огромных валунов

,Когда они с высот срывались,

 На череп пасынка богов


 Не могут, ни камЕнь, ни древо

 Нарушить сон глубокий силача

 Лишь только молодая дева

 И запах ее нижнего белья


 Открыл Геракл тяжки веки

 На бабу рыжую глядит

 Что по нему остервенело

 Бревном оливковым лупИт


 Почто ты бьешь меня девица?

 Герой спросони вопрошал:

 Или над спящими глумиться

 В краях сиих как ритуал?


 «Молчи поганый, месть вершу я

 За то, что мужа заломал

 Ведь ты в могилу свел Антея?

 Познай же гнев вдовы амбал!»


 Геракл видит: чресла плодородны

 И тонок стан, и огненна коса

 И гнев ее подобен страсти неуемной:

 «Постой деваха! Как же звать тебя?»


 Зовут меня Тингиз-девица отвечала:

 «Я об тебя пол рощи изломала

 Что в имени тебе моем балда?»

 И тут кокетка отвела глаза


 Геракл сгреб ее в объятья

 И нос в шестом размере утопил

 Девица ахнула, и ее пальцы

 Бревно разжав лишились сил


 Ночь проведя с прекрасной девой

 Ширинку застегнув, успев попить

 Геракл в путь собрался смело

 Вдову, однако, струсил разбудить


 Вдруг возглас за спиной:«куда собрался?

 Ты шкуру льва забыл, постой!

 Вдовою сделал, поматросил, и смываться?

 Так разве делает герой?»

 

«Чего желаешь баба за растленье?»

 Геракл благородно поднял бровь:

 «Охотно заслужу твое прощенье,

 Проси что хочешь за свою любовь!»


 Тингиз поднялась с ложа из соломы,

 Арбузны груди в кучу собрала,

 Бедром качнув, прикрылася попоной

 И вынос мозга томно начала:


 «Есть за горою сад, цветами дивный

 Деревья гнутся в нем под тяжестью плодов

 Там на сухой, развесистой осине

 Дракон висит в плену оков


 А под его когтистыми ступнями

 Куст можевеловый растет

 С него пять яблок золотых свисает

 Дракон их днем и ночью стережет


 Достань мне яблочки с червонными боками

 И поспеши в пещеру принести

 Вот так ты расквитаешься с долгами

 И сможешь репутацию спасти».


 Продолжение следует....... 



 Андрей Малажский.  

Читать дальше

ГЕРАКЛ    ЧАСТЬ5  (сады Гесперид) 

 Геракл бодро гору обошел,

 И в дивный сад отважно он вошел

 Там на пригорке увидал осину

 К ней подойдя схватился за дубину


 Дракон, висящий на цепи

 Дремал, объевшись мухоморов

 Что там во множестве росли

 И яд пьянящий содержали в спорах


 «А где же яблочки, Дракон?»

 Герой спросил недоумЕнно:

 «Я воровать сюда пришел

 А не гулять самозабвЕнно».


 «Поешь грибочков»-отвечал

 Дракон ему, зевая ленно:

 «Тогда увидишь, что искал,

 И не хами мне столь надменно».


 Геракл мухомор сорвал

 И гриб по краю обкусал

 Вдруг видит, как его дубина

 Покрылась листьями малины


 А между задних лап Дракона

 Куст можевеловый зацвел

 Дупло разверз, и баритоном

 Проникновенный сказ завел:


 «Смотри герой, ты в моей кроне

 Найдешь столь щедрые дары

 Что никому еще дотоле

 Сил не хватало унести,


 Здесь фиги есть, добра и зла познанья

 И дыня, что бессмертие сулит

 И вишня, что к истокам миразданья

 Твой разум щедро направИт».


 «Мне яблок золотых всего лишь надо

 Немного, килограмм пять-шесть

 В бессмертии не вижу я отрады,

 И в знаньи проку нет, коль сила есть».


 Куст вежливо раздвинул ветви

 Отвесил яблок силачу:

 «А больше ничего не надо?,

 Как хочешь, а то стопочку налью..»


 «Налей пожалуй, на дорожку»

 Геракл рюмочку поднял,

 И ловким взмахом в пасть дракону

 Он жидкость странную вогнал


 Дракон воззрился удивленно

 Икнул, рыгнул, позеленел

 Корни змеистые пустил нежданно

 И, матюкнувшись, задеревенел...

 

Геракл яблочки принес

 В пещеру к наглой рыжей бабе

 Так, репутацию он спас

 Во историческом масштабе


 И вновь войдя в пучину вод

 Поплыл, пролив пересекая

 В скитанья полные невзгод

 Пустился, страхи презирая


 Вдова, позавтракав дарами

 Ушла неспешно на деревню к маме

 А там, немного погодя

 Она сыночка родила


 Сын—Сфаксом нареченый, вырос

 Деревню ту обнес стеной

 И глядя на вечерний бриз

 Град новый он назвал Тингиз


 Пройдут века, тысячелетья

 Но многим городам в пример

 Тингиз преобразится за столетья

 И сменит имя на Танжер


 По наше время, за горою

 Сад дивный продолжает взор ласкать

 Драконово там древо, зимнею порою

 Смолою алой начинает истекать....


 Продолжение следует....


 Андрей Малажский.

Читать дальше

ГЕРАКЛ   ЧАСТЬ6 (Встреча с Атлантом) 

Не ветер буруны вздымает

 Покой тревожа хладных вод

 Не весла в пену их взбивают

 То греческий герой плывет


 Акулы грозной плавники

 По ребрам крепким щекотанье

 О прошлом гонят мысль они

 И ускоряется движенье


 Вдруг, видит водоплающий храбрец

 Перед собою, посреди пролива

 Атлант стоит, застывший как мертвец

Подперший небо, и мечтающий о пиве


«Привет внучек!»-титан заговорил

 «я вижу вырос ты, набрался сил,

 Что ж, рад я нашей новой встрече

 В этот погожий тихий вечер


 Исполни просьбу деда внук

 Мне небо подпирать сегодня недосуг

 Ты подержи его игриво

 А я, меж тем, схожу за пивом


 И также дело есть еще одно

 Дочурки попросили выполнить его

 Моих прекрасных гесперидОбидел вор,

 что в сад проник


 И золотые яблоки похитил

 Дракона-стражника обидел

 Мне вора надо розыскать

 И дюже строго наказать».


 «Беги дедуль, я небо подержу

 Пока идешь ты в самоволку

 Я пальцы на ногах за поиски скрещу

 Но не забудь и мне достать бутылку».


 «На том и порешим!»-Атлант переложил

 Небесный свод на внука плечи

 И бодрым шагом поспешил

 Чтоб в Африку успеть до ночи


 Геракл держит неба свод

 Потеет, нету боле мочи

 А если вора вычислит Атлант?

 Пустяк! Отгоним мысли прочь!


 Но если станет наказаньем

 Свод неба век держать ему?

 За воровство, как воздаянье

 Принять я участь эту не могу...


 Прочь мрачные переживанья!

 Я ведь Геракл, все смогу

 Я молод, и мои скитанья

 Окончить здесь я не могу!


 Светало, зорька занималась

 Над морем разливая свет

 Герой пыхтит, осталось малость

 Атлант придет, и пива принесет


 Титан к полудню воротился

 Бутылочку открыл, Геракла угостил

 Угрюмо сообщил, что с вором не свидался

 И вновь себе на плечи свод переложил


 И мысли грустные долой

 Пущай в проливе утонУт

 Поплыл в Испанью наш герой

 Расталкивая барракуд.... 


 Андрей Малажский.

Читать дальше

ВЛЮБЛЕННЫЙ 

        В начале 19-го века, в городе Кордова жил парень, по имени Хосе. 

       Он влюбился в дочку торговца тканями Розалию, и дело потихоньку шло к свадьбе...Но грянул 1810 год, и в город вторглись наполеоновские войска под руководством генерала Сульта.

       Новая власть навязала жителям Кордовы свою администрацию, и, в числе прочих чиновников, заменила на француза и епископа ...  

       У оккупационного святоши рос сын—беспардонный смазливый юноша, потерявший голову от вседозволенности, он то и положил глаз на Розалию, пожелал жениться на ней, и уговорил своего отца растрогнуть помолвку Розалии и Хосе.  

       Новый епископ употребил ради каприза отпрыска свою немалую власть, и сумел расстроить помолвку. Вскоре французкий юноша и Розалия поженились.

       А что мог сделать скромный каменщик Хосе против могущественных людей? 

     Поразмышлял парень: «До смерти обидно все, что случилось со мною за последнее время, и тоска по любимой сердце душит, и возмущение от попраной справедливости разум бередит... Буду ка я стоять под окнами дворца епископа все свое свободное от работы время..стану бельмом на глазу у француза, и пятном на его совести...». 

     Задумано-сделано: каждый божий день Хосе вставал под окном дворца епископа, и буравя взглядом плотно задернутые шторки окна его кабинета, стоял не шелохнувшись до захода солнца... 

     Никто не знает, что случилось на самом деле, но через месяц столь назойливой «вахты» Хосе исчез, а проезжую часть, где он стоял, аккурат между собором-мечетью и дворцом епископа решили замостить по новой. Ремонтные работы подошли к концу, и лишь тогда французский епископ к большому своему раздражению заметил, что на том самом месте, где стоял под его окном Хосе, друзья юноши--каменщики, заложили кусок брусчатки с надписью:

                                                                          «Здесь стоял Хосе—величайший романтик нашего города». 

       И снова, благодаря этой надписи, святоше стал мерещиться образ пропавшего парня, стоящего под его окном, и всем своим видом терзающего жалкие остатки совести могущественного клирика... 

       В одну прекрасную ночь, епископ подкупает каменщика, и посылает его к обновленной дороге, с приказом убрать неприятную надпись с брусчатки... 

        Где в Кордове найти каменщика-француза? Днем с огнем не сыщете, так что подкупать пришлось испанца. Нашли ради дела беспринципного человека....тот взял деньги, а когда принялся за работу, вдруг почувствовал укол совести, передумал стирать надпись, дополнил ее, и, проклиная свое мягкосердечие, ушел в леса Сьерры Морены к партизанам...  

       Теперь измененная надпись зазвучала так:

                                                     «Здесь стоял Хосе—величайший романтик нашего города, и к тому же грандиозный зануда».

       Епископ, хотя и заметил, что его приказ не был выполнен в точности, больше не стал озадачиваться подобными мелочами, ибо надпись его более не раздражала, чего нельзя сказать о старшем брате исчезнувшего Хосе,...об Антонио. Он был ямщиком, и в память о брате, Антонио решил всегда ставить свою повозку на время ожидания клиентов так, чтобы она закрывала ставшую неприглядной надпись на брусчатке—аккурат под окнами епископа. 

       Прошло уже двести с лишним лет, и надписи той давно уж нет, но и по сей день, под окнами кабинета епископа, в совершенно неудобном для этого месте(а в сорока метрах есть удобнейшая площадь Триумфа), ожидают своих клиентов таксисты, как это делали их отцы и деды...и их прадеды-ямщики , как и в старину, создавая в теснине между дворцом и собором неимоверные заторы .....


 Андрей Малажский.


Читать дальше

КАШТАН 

      В ноябре 1501 года, в Марбелье, на Апельсиновой площади, по ее четырем углам расставили свои маленькие повозки торговцы печеными каштанами... 

     Первый торговец продавал кулек с горячими каштанами за два медных мараведи; второй, торгуя по той же цене, помещал в кулек на один каштан больше, чем у первого; третий еще на один больше, нежели у второго............а четвертый торговец—Педро-вдовец, раздавал каштаны бесплатно... 

    На повозку Педро-вдовца утром налетала стайка беспризорников, поэтому «торговал» старик не более получаса в день, остальное же время другие торговцы пекли каштаны в своих дырявых сковородах, поминая Педро недобрым словом лишь заочно. 

   Однажды, ранним утром, когда вдовец еще стоял на площади, и раздаривал кули голодным сорванцам, сквозь толпу чумазых мальчишек протиснулся мужчина в черном плаще...лицо его было полусокрыто надвинутым до кончика носа капюшоном:

     --Почем кулечек дедуля?—поинтересовался незнакомец у вдовца.

 --Сотня золотых арагонских флоринов—не растерялся дед.

     --Ты что мужик, с дуба рухнул!?—возмутился человек в капюшоне—мальчишкам бесплатно раздаешь... 

      Старик многозначительно посмотрел на перстень с арагонским гербом на пальце незнакомца, оценил стрижку его бороды, перевел взгляд на двух вооруженных людей, стоявших неколько поодаль, и заявил:

    -- Ваше Величество, моя покойная жена, однажды спаслась от волков в кроне древнего каштана, с тех самых пор, благодарная за свое спасение, она дала обет, печь каштаны с этого дерева, и раздавать их бездомным детишкам бесплатно..., но моя милая женушка умерла, и ее обет перешел на меня... 

     Король Фердинанд Второй Арагонский поежился, недовольный тем фактом, что его узнали, и спросил: 

   --А с меня почему плату дерешь непомерную? 

   --Дык...—промямлил испуганно старик—насколько вы не ребенок, и не бездомны, настолько и цена отличается...

    --Хорош наглец!—захохотал король—но доброе дело делаешь однако, а конкуренты не беспокоят, которым ты торговлю портишь?—человек в капюшоне многозначительно мотнул головой в сторону других продавцов каштанов...

    --Беспокоят Сир—насупился вдовец—грозятся каштан срубить...

     Король задумался, потом отстегнул от пояса кошель, и вложил его в руку Педро: 

    --Держи старик, здесь как раз сотня флоринов, а за дерево не беспокойся, теперь это моя забота... 


       На следующий день, король, кардинал Мендоса, и еще три дюжины персон из королевской свиты направились по горным тропам к гигантскому, древнему каштану, о котором рассказывал старик. Кардинал отслужил в тени древа мессу, и с тех самых пор каштан тот называют Святым, и ни один дровосек не смеет позариться на него... 

                                                                                                                                                                                                                                    Андрей Малажский.

                                                                                                                                                                                                                                             

Читать дальше

                                                                        БОТАНИЧЕСКИЙ САД НА ГИБРАЛТАРЕ 

В некотором отдалении от туристических маршрутов  на Гибралтаре есть ботанический сад. Для тридцатитысячного города сад этот на удивление крупный, богатый экзотическими растениями и обладает почти двухвековой историей. Сад носит арабское название - Аламеда - также принято называть в Андалусии многие парки. Первым инженером сада был итальянский специалист родом из Бергамо по имени Джузеппе Кодали. Главный вход в Аламеду находится на южном краю автопарковки, откуда берет свое начало канатная дорога, иными словами: нашли канатку, значит увидели и ботанический сад. Аламеда богата разнообразными бюстами знаменитых людей, памятными обелисками, бронзовыми пушками различных эпох - теми объектами, которые повествуют об удивительной истории британского Гибралтара. Вход в ботанический сад Аламеда бесплатный. В нем вы найдете и живописные тенистые аллеи, небольшой зверинец, оранжерею с орхидеями и очень необычную детскую площадку. Пожалуй Аламеда - лучшее местечко Гибралтара, где можно отдохнуть после информационной части вашей поездки и шопинга.

Читать дальше